Нет, этого просто не могло быть! Должно быть, она спит и ей снится какой-то ужасный кошмар! Но ведь Родольфо сам подтвердил, что | ее подозрения имеют под собой основание, что весь этот ужас – правда. А ведь Родольфо никогда не лжет.

Как будто со стороны она слышала его рассказ об истории изумруда Ховельяносов. Он принадлежал их семейству на протяжении нескольких столетий, пока дед Родольфо не был вынужден уступить его ненавистному шурину, деду Лео, от которого тот и унаследовал кольцо.

– Но Лео недостоин его, – говорил Родольфо, – ему наплевать на традиции. Однако его семейство много лет отвергало всякие попытки выкупить реликвию.

– Но почему оно для тебя так важно?

– Это кольцо должно было принадлежать моей матери. Отец должен был подарить его ей в день свадьбы, так же как дед подарил бабке. Такова традиция, не нарушавшаяся до тех пор, пока дед не проиграл кольцо за карточным столом. И я готов был на что угодно, лишь бы возобновить традицию, вернуть кольцо обратно.

Эти слова ударили ее как кнутом.

– Что ж, надеюсь, что проведенная вместе ночь стоит того, потому что больше ты не получишь ничего!

Трясущейся рукой она стянула кольцо и швырнула прямо в лицо Родольфо. Оно вызывало в ней отвращение, ощущение того, будто от него в саму ее кровь проникала отвратительная зараза. За перстнем последовало обручальное кольцо, и она смутно увидела, как оно, отскочив от плеча Родольфо, упало на пол и покатилось куда-то в сторону. Глаза застилала пелена слез.

Собравшись с последними силами, Фло лихорадочно пыталась отыскать способ хоть чем-нибудь отплатить Родольфо за оскорбление. Он причинил ей боль, и надо было ответить ему тем же, дать хотя бы отчасти почувствовать то, что чувствует она.