– Не говорите этого слишком громко, а то Хурадо завтра заменит эту койку на кактусы.

Лара вытянулась на постели и закрыла глаза. Изнуряющая дневная жара сменилась ночной прохладой, и дующий в окно ветерок вызвал у нее озноб.

– Но ведь на Сент-Пьере нет кактусов, правда?

– Хурадо прикажет доставить их на самолете. – Он помолчал. – Почему вы дрожите?

– Откуда вы… – Она остановилась. Этот человек обладал сверхъестественными способностями. Он не мог видеть ничего, кроме смутного силуэта, однако, казалось, он улавливал даже биение ее сердца. – Мое платье промокло. Вы же помните, я надела его сразу, как только вышла из-под душа, не обсушившись. Последовала небольшая пауза.

– Я помню. – Он двигался в темноте. – Снимите его.

– Что?!

– Не хватало еще вам простудиться в этом аду. Моя рубашка совершенно сухая, вы будете сегодня спать в ней.

– А разве вы не простудитесь?

– Я смогу этого избежать. – Он бросил Ларе рубашку. – Наденьте ее.

Она поколебалась, затем села и медленно сняла платье через голову. Он был прав. Было бы слишком глупо рисковать простудиться, когда им угрожало столько других неприятностей. Лара надела рубашку и застегнула ее до самого подбородка. Ткань еще хранила тепло и запах его тела.

– А как же вы?

– Есть несколько способов. Здесь достаточно небольшого самовнушения.

Лара положила свое мокрое платье на пол и снова вытянулась на матрасе.

– Вы имеете в виду йогу?

– В некоторой степени. Йога, самогипноз. У меня своя техника.

Так вот как он выдержал пытки! – Вы можете закрыться от всего?

Снова молчание.

– Нет, не от всего.

Атмосфера в камере снова сгустилось. Лара почувствовала то же жаркое возбуждение, которое охватило ее в душевой, когда она знала, что он стоит рядом с ней и желает ее. Сумасшествие. Чувствовать такое по отношению к Рикардо Ласаро – это безумие. В нем было все, чего она боялась в жизни.