И он ушел, прежде чем она смогла подобрать слова для ответа.

Лара стояла, беспомощно глядя ему вслед. Девушка была в смятении. «Я просто ненавижу его!» – снова и снова повторяла она в отчаянии. Это просто злость и раздражение, а совсем не душевная боль из-за потерянной близости с этим ужасным человеком. Она не позволит себе полюбить Рикардо Ласаро.

Но то, что она чувствовала на самом деле, не было злостью.

Пещеры занимали большую площадь. Здесь было множество естественных «комнат», наподобие той, в которой Лара пришла в сознание после спасения из тюрьмы. Но, несмотря на их обширность, войска Рикардо, казалось, занимали их все. Пока Мануэль вел ее по пещерам, им повстречалось много офицеров, которые выказывали потрясающую вежливость, когда мальчик представлял им Лару. Все это производило впечатление оживления, резко контрастирующего с гнетущей мрачностью окружающей обстановки.

– Как тебе удается не заблудиться? – спросила девушка у Мануэля, следуя за ним по бесчисленным извилистым коридорам. – Тебе придется дать мне хлебных крошек, чтобы я бросала их, когда ты не сможешь пойти со мной.

Мануэль озадаченно посмотрел на нее.

– Зачем вам бросать хлебные крошки?

– Ну помнишь, их бросали Ганзель и Гретель в сказке, чтобы найти дорогу в лесу?

Мальчик по-прежнему ничего не понимал.

Лара почувствовала прилив жалости, сообразив, что ребенок не знает эту сказку. Бедняжка, в его жизни было мало возможностей читать сказки.

– Неважно. Я расскажу тебе об этом позже. Мы закончили экскурсию?

– Почти. – Мануэль ускорил шаги. – Вы должны познакомиться с доктором Саласаром. Мы идем к нему в госпиталь.

– Госпиталь?

– Так он называет эту пещеру. Там стоит много коек и есть даже операционный стол. Лара вздрогнула.

– Все это напоминает средние века.

– Это все, что у нас есть. – Мануэль посмотрел на нее через плечо. – Доктора все уважают. Он присутствовал при рождении Рикардо.