Не выдавая своего присутствия, Оливия остановилась в дверях и стала наблюдать за ним. Она давно замечала, что ее босс исключительно привлекательный мужчина, но думала об этом как-то отстраненно, вскользь. Оценив преимущество своего опьянения, Оливия лукаво улыбнулась и решительно шагнула вперед.

— Вот ты где! — воскликнула она игриво, впервые назвав босса на “ты”. Толкнув дверь ногой, чтобы та захлопнулась, Оливия направилась к письменному столу.

Льюис резко обернулся и хмуро посмотрел на нее.

— Черт возьми, ты понимаешь, что творишь? — спросил он, пока Оливия с деловитым видом расставляла на его письменном столе бокалы и разливала шампанское. Немного игристой жидкости выплеснулось и растеклось лужицей на черной лакированной поверхности.

— Ты ушел с вечеринки, но вечеринка сама пришла к тебе. — Оливия послала ему дерзкую улыбку и двинулась к нему с двумя бокалами, радуясь, что они наполнены лишь наполовину. — Сегодня единственный день в году, когда этот офис можно использовать не для работы. И не надейся, что сможешь сбежать и укрыться от всех в своей чертовой лаборатории. Не выйдет. Вот, держи! — Всунув бокал в его неподвижную руку, она чокнулась с ним и поднесла бокал к губам. — Счастливого Рождества, Льюис!

— Оливия, — сухо сказал он, даже не пригубив шампанское. — Ты — вдрызг пьяная.

— Ты так думаешь? — Оливия рассмеялась.

— Утром тебе будет не до смеха. Похмелье бывает очень мучительным.

— Но ведь это будет только утром. А сейчас я хочу веселиться.

Черная бровь выразительно поднялась, а на губах появилась сардоническая ухмылка.

— Ну, это очевидно. И не только мне. Ты не забыла репутацию Фила Болдуина? В нормальном состоянии ты его на дух не выносишь.

— Не забыла.

— Черт возьми, Оливия! Если таким образом ты хочешь поквитаться с Николасом, выбери кого-нибудь другого. Я не хочу, чтобы Фил потом хвастался всем, что после рождественской вечеринки занимался сексом с моей секретаршей.