Ну и конечно, парни. Если что и злило Блэйка по-настоящему, так это намеки на ее дружков. По мнению Блэйка, Кейси стала специалистом в выборе самых неподходящих, самых недостойных ухажеров.

Разумеется, никто из этих парней ее в действительности не интересовал. Разве мог кто-нибудь сравниться с ее черноглазым Блэйком! Нет, у этих бедняг не было ни малейшего шанса!

И вот теперь, когда неминуемо приближается ее совершеннолетие, ей просто необходимо хорошенько встряхнуть ее бесчувственного, невозможного опекуна — ведь через месяц в их встречах отпадет нужда, она станет самостоятельной, и уже не будет иметь законных оснований заходить к нему в кабинет, протискиваясь, словно ящерка, в эти тяжелые двери из тикового дерева.

И, кажется, ее план вполне удался.

— Но это же нелепо, Кейси! — взволнованно рокотал Блэйк. — Не могу поверить, что ты всерьез говоришь о замужестве.

— Конечно, всерьез! — непринужденно солгала она. — Это так же серьезно, как и то, что я решила расстаться с девственностью. — Она вскинула на него невинный взгляд. — Ты ведь не позволил бы мне, спать с кем попало, не так ли?

Последние слова попали в точку. Блэйк вдруг запнулся и вновь запустил пальцы в растрепавшиеся волосы. Боже, как он хорош, когда волнуется!

— Но… но… а как же любовь? — не слишком уверенно произнес он. — Как насчет того, чтобы найти настоящего спутника жизни?

— Любовь? — Кейси неопределенно махнула рукой. — Для чего она нужна, любовь-то? — И прежде чем он нашелся с ответом, поспешно добавила: — Да и насчет спутника жизни я сомневаюсь. Вспомни, например, что случилось с тобой. Ты отдал той женщине все, что имел, а она тебя бросила. Нет уж! Вся эта чепуха о любви до гроба придумана лишь для глупцов и мечтателей. — Хоть бы он не вспомнил сейчас об отце, который так сильно любил ее мать, что, когда та умерла в возрасте двадцати одного года, больше не взглянул ни на одну женщину.