Она заправила тяжелую прядь волос за ухо. Неожиданно в голове всплыло воспоминание, как он точно таким же жестом поправлял ей волосы, и она резко опустила руку. Пройдя в глубь комнаты, Алли села на кушетку.

— Не говори, что ты явился сюда, чтобы собственноручно передать мне бумаги на развод.

Он скрестил руки на груди. В зеленой глубине его глаз она ожидала увидеть холодный цинизм, но он неожиданно повернулся лицом к окну, предоставив ей возможность полюбоваться его широкими плечами и упругими ягодицами.

— По правде говоря, я не ожидал их получить.

Алли покачала головой и поставила чашку на стол.

— Почему? Наш роман закончен. Я совершенно не вписывалась в вашу семью. — Она добавила молока в чашку. — У меня нет денег, нет статуса. Я оставила тебя, и ты направил энергию на свое вице-президентство. — Она с любопытством взглянула на него. — Как твоя новая девушка?

— Жанетт ушла, когда я лежал в больнице.

Повисло зловещее молчание. Алли понимала, что он ждет от нее слов сочувствия, но только крепче сжала губы.

Больница?

— Мы с отцом попали в автокатастрофу. Он умер в прошлом месяце, — словно прочитав ее мысли, объяснил Финн.

Ее ложка звякнула о блюдце.

— О, Финн, прости, я не знала… — Она встала, украдкой смахивая слезу. — Когда?

— Перед Рождеством. На нас налетел пьяный водитель. Отец сидел на пассажирском сиденье.

— А ты сам не пострадал?

— Сломал несколько ребер и потерял сознание. Ничего страшного, за исключением… — Он наклонил голову набок.

— Травма головы?

Он улыбнулся.

— Я находился в коме неделю и частично потерял память.

— Амнезия? — Глаза Алли округлились.

Он с мрачным видом кивнул. И в этом слабом кивке она увидела весь ужас и отчаяние, охватившие его. Ей захотелось обнять и утешить этого большого, еще недавно такого самоуверенного человека.