— Завещание моего отца.

— Что?

— Он оставил деньги для Энни. Весьма значительную сумму.

Саманта удивилась названной им цифре.

— Я никогда не представляла… это так великодушно…

— Он обожал Энни, — горько произнес Макс. — Она — его единственная внучка. Он был готов сделать для нее все.

— Я знаю, он ее очень любил. — Саманта ощутила комок в горле, когда вспомнила, как любили друг друга Энни и ее дед. Было очень трогательно наблюдать их вместе: пожилой мужчина и маленькая девочка, у которых была такая душевная гармония.

Макс пристально смотрел на Саманту. Она понимала, что он чувствует ее переживания.

— Дело в том, — осторожно начал он, — что наследство оставлено при одном условии.

— Условии? — удивилась она.

— Для того, чтобы Энни получила свое наследство, вы обе должны вернуться домой.

На мгновение Саманта застыла в шоке.

— Я не верю этому. Разве Уильям не знал, почему я ушла? Я не верю, что он мог так поступить со мной.

— Но это же не на всю жизнь, — иронично заметил Макс. — Ты не должна оставаться навсегда. Всего шесть месяцев.

— Шесть месяцев! Шесть месяцев — это слишком долго. Шесть дней. Даже один день — и то много.

— Зачем так драматизировать, Саманта?..

— У меня своя жизнь, — резко оборвала она. — Дом, работа. Друзья. Дела.

Макс подчеркнуто огляделся вокруг, что не укрылось от нее.

— Ничего похожего на настоящий дом. А если судить по Брайену, то и друзья не такие уж замечательные.

Саманта гордо вскинула голову.

— Ты не смеешь меня судить, Макс. Возможно, теперь я живу не той жизнью, к которой привыкла, но по крайней мере я у себя дома и общаюсь с теми людьми, которым доверяю.

Лицо Макса омрачилось, но он спокойно произнес:

— Ты не ответила мне.