Он вскочил на ноги и гневно посмотрел на нее. Даже в самые бурные моменты страсти в его глазах не было столько искренних эмоций.

– Ты очень легко говоришь о канавах. Ты забыла, что я могу уничтожить тебя одним словом.

Герцог возвышался над нею, высокий и мощный, его мускулистое тело излучало силу. Но Верити не боялась его. Верити, не Сорайя. В какой-то момент этой сцены Сорайя исчезла навсегда.

– Очень мило, сэр. Я так очарована вами, что почти готова принять ваше предложение.

Верити подумала, что он ударит ее, он, который никогда раньше не поднимал на нее руку. В прошлом она перенесла насилие. Она может перенести его еще раз.

Но случилось невероятное: герцог подавил свой гнев. Он насмешливо отпустил ее руку.

– Нет смысла продолжать. Ты расстроена и плохо соображаешь.

Верити воздержалась от замечания, что он и сам не эталон спокойствия.

– Как пожелает ваша светлость.

«Уходи, – кричало ее сердце, – уходи и оставь меня в покое!»

Втайне ей всегда нравился герцог Кайлмор, она чувствовала, как он борется сам с собой, стараясь сохранить видимость собственного совершенства. Но ошеломляющее, ужасно неуместное предложение выйти за него замуж заставило ее вспомнить старые слухи о безумии, передающемся из поколения в поколение по линии Кинмерри.

Его раскрасневшееся лицо лишний раз это доказывало.

– Я вернусь за ответом завтра. А тем временем подумай о драгоценностях герцогини Кайлмор. По сравнению с ними этот рубин выглядит ярмарочной безделушкой.

«Так ты думаешь, что я всего лишь алчная шлюха?» – возмущенно подумала Верити.

Она не скрывала своего сарказма.

– Уверяю вас, мой ум занят исключительно бриллиантами и изумрудами.

Ему это точно не понравилось.

– Завтра в четыре, мадам. Жду вашего согласия. – Он не поцеловал ей руку.

Очевидно, любовница заслуживала любезности, а будущая жена – нет.

Кайлмор, не обратив внимания на ее реверанс, направился к двери.