– Каким образом он мог стоять у вас на пути, если он стоял рядом с фонтаном?

– Ах, вы меня не поняли. Он не стоял у меня на пути в том смысле, что мешал пройти. Я очень вежливо попросил его уступить мне право танцевать с вами котильон, но он счел возможным в ответ прочесть мне лекцию об основах этикета, делая упор на абсолютную неприемлемость нарушения установленного порядка танцев. Он готов был говорить долго и пространно, и то, что он говорил, по большей части показалось мне не имеющим отношения к теме. Терпеть не могу, когда мне читают нотации.

– Вы хотели потанцевать со мной? – Ливия ушам своим не верила.

– Да, – ответил князь. – Я наблюдал за вами весь вечер и мечтал, чтобы нас представили друг другу.

Ливия не знала, то ли посмеяться от души, то ли осадить наглеца ледяной надменностью.

И предпочла рассмеяться. Князь взял у нее веер, раскрыл и стал обмахивать ее разгоряченное лицо. Ливия промокнула глаза кружевным платочком.

– Должна сказать вам, князь, что вы выбрали совершенно не английский способ решения вопроса.

– Но я не англичанин, – веско заметил князь, возвращая Ливии веер. – Мы, славяне, склонны к импульсивности и выбираем самый быстрый и самый эффективный способ решения вопросов.

Она взглянула на него более пристально: высокие широкие скулы, длинный узкий нос, идеально очерченный рот, роскошная шевелюра пшеничных волос, высокий лоб.

– Вы русский? Или поляк?

– В основном русский. – Он взял у нее бокал и поставил на перила балкона.

– Потанцуем еще?

– Боюсь, что не смогу. – Ливия взглянула в свою записную книжку, висевшую у нее на запястье на шелковой ленте. – Разве что вы сможете организовать купание в фонтане для следующих шести джентльменов, с которыми у меня расписаны танцы.

– Кто там у вас следующий? – с готовностью к действию спросил князь.