Лора улыбнулась. Ей показалось, что он сказал это скорее по обязанности, а не от искреннего восхищения. Но затем решила, что вполне заслуживает комплимента, ведь она специально оделась так, чтобы понравиться Ронни.

Выбирая наряд для помолвки, она остановилась на неброском бежевом шелковом платье, потому что знала — это как раз во вкусе ее жениха. Ему всегда нравился ее скромный и опрятный вид. Медно-рыжие вьющиеся волосы Лоры были аккуратно заплетены и уложены вокруг головы изящным венцом, лицо лишь символически тронуто косметикой. Она не позволяла себе никаких экстравагантных украшений — только простая золотая цепочка, подарок жениха к прошлому Рождеству, обвивала ее хрупкую шею.

Ронни терпеть не мог вычурности и экстравагантности, в чем бы это ни проявлялось. Возможно, именно поэтому он никогда не одобрял Кэтрин и ее стиль жизни.

Должно быть, спутник Кэтрин не сводит с меня глаз как раз потому, что не может поверить, что я имею какое-то отношение к тому очаровательному золотоволосому созданию, которое стоит рядом с ним, с грустью подумала Лора.

Но это не важно. Это не должно ее волновать. Разве она не привыкла к подобной реакции? Ронни любит ее такой, какая она есть, а все остальное не имеет значения.

Они с Ронни медленно продвигались сквозь толпу гостей, собравшихся в зале для приемов самого престижного отеля в округе. Удерживая на лице улыбку, Лора принимала поздравления тех гостей, которые прибыли уже после того, как она и Ронни ушли танцевать.

— Мы еще точно не решили, но, скорее всего, в это же время в следующем году. Да, на Пасху. Конечно, сначала надо найти подходящий дом...

Лора продолжала улыбаться, слушая, как Ронни отвечает на неизбежные вопросы о дате предстоящей свадьбы, но, увидев, что к ним через толпу протискивается сестра, похолодела. Платье из золотистой ткани облегало фигуру Кэтрин, как вторая кожа, а ее ослепительная улыбка могла затмить блеск фейерверка.