— Что ты здесь делаешь?

— А разве не я должен спросить у тебя об этом? — вопросом на вопрос ответил он с подчеркнутой медлительностью, отодвинувшись в сторону, чтобы пропустить едва одетую девушку из салона и ее пылкого клиента, спешащих в комнаты.

— Что я здесь делаю — это вполне ясно, — с вызовом ответила она.

— Ты считаешь, что все ясно? — Он посмотрел вслед удалявшейся паре и выразительно приподнял бровь.

Пенелопе понадобилось огромное усилие, чтобы сдержаться и снова не ударить его в живот.

— Черт возьми, Сет! Ты отлично все понимаешь.

— Я? — Его взгляд оценивающе скользнул по девушке, ненадолго задерживаясь на каждой вызывающей детали ее наряда.

Пенелопа возмущенно крикнула:

— Да как ты смеешь обвинять меня в том, что…

— Смею, потому что я хорошо знаю тебя, — резко перебил он ее, заставив сразу замолчать. — Неужели ты забыла о той сцене, свидетелем которой я был в Нью-Йорке?

Пенелопа презрительно фыркнула. Вполне очевидно, что слов «прости» и «забудь» в лексиконе Сета Тайлера не существовало. Ей стало ясно, что он не смог здраво оценить то, что произошло в Нью-Йорке. Она снова фыркнула. Ну и черт с ним, с этим узколобым выродком! Наплевать! Если он хочет, чтобы они были врагами, то пусть так и будет. Она с удовольствием последует его примеру.

Собравшись с духом, она придала лицу холодное выражение и твердо произнесла:

— Ты не имеешь права судить меня за то, чего совершенно не способен понять.

Сет надменно посмотрел на нее.

— Я вполне способен понять, что происходит, когда вижу полуобнаженную женщину в объятиях мужчины. И уж способен предположить, что вывод будет очевиден, независимо от того, кто его делает.

Отбросив свое напускное хладнокровие, Пенелопа опять перешла на крик:

— Да я не выглядела полуобнаженной и, уж конечно, ничего себе не позволила!

Сет пожал плечами.

— У тебя свои определения, а у меня свои.