— В моем определении Сет Тайлер просто высокомерный выродок.

— Это в списке идет перед или после термина «мразь»? — иронически поинтересовался он. — Мне кажется, ты использовала именно это слово для описания моей персоны в последнюю нашу встречу.

— Ну, если этот титул так тебе нравится…

Сет рассмеялся.

— Что ж. Один ноль в пользу дамы.

— Интересно, за что это?

— За твой откровенный ответ, конечно.

Она недоуменно пожала плечами.

— А кто следит за счетом?

— Я. И должен сообщить тебе, что ты проигрываешь в честном поединке.

Множество едких замечаний в его адрес вертелось на языке Пенелопы, но она сумела удержаться и оставить их при себе. Скорее в аду похолодает, чем она опустится до уровня Сета с его яростью. Намеренно не обращая внимания на его язвительность, она потребовала немедленного ответа:

— Что же тебе надо от меня? У тебя наверняка есть более интересное развлечение, чем терзать меня.

— Более интересное? Да. А вот более приятное? Вряд ли.

Задетая за живое его надменностью, она открыла было рот, чтобы выплеснуть на него все, что думает о его развлечениях, но опять сумела обуздать свой гнев и просто повторила вопрос:

— Так что тебе нужно?

— Я хочу знать, почему ты солгала своему брату?

— Почему я… что? — переспросила она, пораженная его словами. — Я не лгала Джейку.

Сет удивленно приподнял бровь.

— Он показывал мне последнее твое письмо, где ты хвасталась, что уезжаешь за границу и будешь петь для коронованных особ Европы. Ты писала, что колесила по стране и у тебя не было времени для письма. Но раз территорию Колорадо Европа еще не присоединила к себе и здесь не появились коронованные особы, то, полагаю, этого достаточно, чтобы уличить тебя во лжи.

Пенелопа тихо застонала. Как же она не подумала, что Джейк обязательно покажет ему письмо. Брат, вероятно, так переполнен гордостью за ее мнимые успехи, что готов показать письмо каждому в Сан-Франциско.