Кристоф был весьма честолюбив и хотел выдать дочь за богатого и влиятельного человека, стремясь укрепить свои позиции. Всю жизнь ютясь где-то на задворках высшего общества, Кристоф стремился, чтобы пропуск в высший свет получила, по крайней мере, его дочь, которая выросла, не зная, что такое семейный очаг, полностью изолированная от грубой реальности окружающего мира. Кэти с младенчества привыкла быть зависимой от обстоятельств, а потому отчаянно хотела заслужить любовь и одобрение отца.

Как ей могло прийти в голову, что Кристоф вовсе не солидный, честный бизнесмен? Как она могла сообразить, что на обучение и воспитание в частных школах идут грязные деньги? И разве могла Кэтрин догадаться, что отец заставил Алекса жениться на своей единственной дочери с помощью шантажа?

В конце концов девушка узнала жестокую загадку собственного брака, но слишком поздно что-нибудь менять. Прошло пять лет, и исправить случившееся не под силу ни ей, ни Алексу. Неудивительно, что муж презирал ее и верил, будто Кэтрин посвящена в его секрет. «Чтобы защитить мою семью», — сказал Серрано. Как ни странно, Кэти ничуть не стремилась узнать, что стало причиной давления на Алекса.

Свой «скелет в шкафу» Серрано мог бы скрывать вечно. Тем более никого из семьи Алекса Кэти не знала. У мужа была мать и три сестры, с которыми она никогда не встречалась. Кэтрин часто размышляла, не задумываются ли эти женщины, что брак у Алекса какой-то странный. Может, они просили у него объяснений? Скорее всего, Алекс не утруждал себя ответами. Как и Кристоф, мистер Серрано не любил говорить о себе, если только сам не хотел этого.

Интересно, почему муж вообразил, что Кэти любит его? Боже, какое унижение! Мало того что его чуть ли не под дулом пистолета заставили жениться на ней, так этот самец еще и убежден, что даже после пяти лет мучительного пренебрежения, равнодушия и неверности Кэти все еще продолжает любить его! Чертова жена, присосалась как пиявка…

Однако под хлещущими струями ледяного душа Кэтрин вдруг ощутила, как внутри зреет некая неведомая ей самой сила, и даже почувствовала своего рода жалость к Алексу.



21 из 140