— Если что-то пойдет не так, я потеряю больше всех, — насупился Уоррен.

— Сомневаюсь. Если меня разоблачат, ты сделаешь вид, что, как и все остальные, купился на внешнее сходство. Готов поклясться, что не существует ни одного доказательства того, что между нами была хоть какая-то связь. Я прав?

— Ты думаешь, я тебе не доверяю?

— Я думаю, что ты никому не доверяешь. Впрочем, как и я, — Алекс сел и посмотрел на Уоррена. — Не волнуйся, Уоррен. Меня не поймают. Если это все же случится, спасай свою задницу и не думай обо мне. Я выбирался из ситуаций и похуже, чем эта.

— Могу ли я надеяться на то, что ты меня не предашь?

— Если ты мне не доверяешь, зачем тогда ввязался в это дело? — спокойно спросил Алекс.

— Потому что ты до того на него похож, что иногда мороз дерет по коже, — чуть замявшись, ответил Уоррен.

— А еще потому, что я пришел к тебе и предложил шанс завладеть кучей денег, — резко сказал Алекс. — Не забывай об этом.

— Моя сестра умирает, — сказал Уоррен. — Она умрет счастливой, если будет знать, что к ней вернулся сын…

— Да плевать тебе, умрет сестра счастливой или нет. Ты хочешь быть уверен, что с наследством все будет решено окончательно и бесповоротно. Иначе уйдут годы на то, чтобы доказать, что настоящий Александр Макдауэлл умер.

— А если это не так? — встревожился Уоррен. — Если вдруг появится настоящий наследник?

— Он умер, Уоррен, — холодно ответил Алекс. — Он не вернется, поверь мне.

За всю свою жизнь Кэролин маялась не на одном званом обеде, но в этот раз время, казалось, тянулось бесконечно. Стол поставили перед остекленной верандой в комнате Салли, которая по такому случаю даже уселась в инвалидное кресло; выглядела она очень счастливой, ее бледные щеки раскраснелись от румянца. Рядом с ней сидел Алекс, излучающий заботу и внимание, даже Уоррен вел себя на удивление раскованно. Кэролин, сидевшая напротив незваного гостя, вела себя тихо, говорила мало, почти ничего не ела, зато внимательно слушала, как обманщик оплетает всех паутиной лжи.