Живя в Бостоне, Кэролин знала, что свобода ее вымышленная. Салли была единственной матерью, которую она знала; спокойная и бесстрастная, та всегда олицетворяла собою тепло родного дома. Возможно, Салли не выказывала пылких чувств и горячего интереса, однако Кэролин всегда чувствовала ее заботу и поддержку.

Она была многим обязана Салли. Не на физическом уровне — тот долг она уплатила сполна. А вот в отношении чувств она была в неотплатном долгу перед Салли за то, что та подарила ей чувство принадлежности, когда ты знаешь, что у тебя есть семья и ты кому-то нужен. Никто из многочисленных Макдауэллов не заметил тихой девочки, подраставшей в тени неистового Александра, а вот Салли заметила, и стала заботиться о ней и даже по-своему полюбила.

Именно поэтому Кэролин была обязана ей всем. Ее жизнь могла подождать несколько месяцев. Это время она могла провести в Вермонте.

Пока Салли не умрет.

Кэролин знала — как бы ты ни хотел, как бы горячо ни молился, неизбежное все равно случится. Этот урок она выучила много лет назад. Она будет глубоко скорбеть о Салли, но потом она сможет, наконец, жить своей жизнью.

У нее даже буду деньги. Конечно, не такие большие, как унаследуют настоящие Макдауэллы. И не те, что самозванец пытается выманить у больной старухи.

Все это неважно. Главное, их будет достаточно, чтобы она смогла, наконец, жить самостоятельно. Несмотря на то, что она испытывала искреннюю привязанность ко всем членам семьи, даже к чопорному Уоррену, тете Пэтси и ее отпрыскам от разных мужей, Кэролин была уверена — со смертью Салли связь с Макдауэллами оборвется. Ее долг любви и верности будет оплачен, и она будет свободна, как вольная птица.

Наверное, она должна была испытывать чувство вины за то, что ей так хочется вырваться на волю, но ничего такого не было. Она бы с радостью отдала несколько лет жизни в обмен на здоровье и счастье Салли. Но, к сожалению, Бог не заключает сделки подобного рода, поэтому Салли умрет, а Кэролин получит свободу.