Ардмор растянул губы в ухмылке, исказившей привлекательное лицо. Он быстро привязал веревку к столбику кровати. Теперь носки Грейсона едва касались пола. Ардмор натягивал канаты семнадцать лет, Грейсон знал, что веревка не ослабнет.

– Потанцуй здесь. Может быть, твой слуга Оливер успеет спасти тебя. А может, и нет. А ты пока повиси и узнай, быстро ли умрешь.

Грейсон пытался вдохнуть, откинуть голову и освободить горло. Ардмор подошел поближе и взглянул на него:

– Мой брат долго умирал, подумай об этом.

Светло-зеленые глаза были холодными как лед. Вражда между ними началась давным-давно, в тот далекий день, когда Грейсон женился на таитянке по имени Сара. Связь между этим событием и сегодняшним днем протянулась через годы и водные пути. Из-за этого Джеймс Ардмор и желал Грейсону смерти.

Ардмор взглянул на него еще раз и вышел. Шаги его отозвались эхом в пустом коридоре. Он спустился по лестнице, потом Грейсон услышал распоряжения внизу. Хлопнула входная дверь. И повисла тишина. Веревка скрипела в том месте, где проходила через кольцо на потолке. На кольце висела люстра – старинная кованая вещь. Если хорошенько дернуть, можно либо выдернуть кольцо, либо сломать шею. Если только люстра не упадет сама и не накроет его с головой. Кровать слишком далеко, чтобы ею воспользоваться, а вот кресло с прямой спинкой может пригодиться. Интересно, далеко ли ушел Ардмор?

Направляясь на носках к креслу, Грейсон проклинал себя за то, что практически снял охрану. Ардмор и его люди появились неожиданно, когда они с Джейкобсом ужинали и прикидывали, где может находиться Йен О'Малли – сторожевой пес Ардмора. Теперь все ясно: О'Малли отправился доложить Ардмору о том, что Грейсон вернулся от герцога Сен-Клера, занимающего важный пост в адмиралтействе Англии.

Грейсон коснулся ногами кресла, подцепил носком ножку и потянул его к себе. Одно неверное движение – и он повис на веревке. Все вокруг погрузилось во мглу.