С лестницы послышались голоса, потом женский визг и легкие шаги, сопровождаемые шуршанием шелка. Тонкие руки схватили его за ноги и попытались приподнять.

– Помогите, – произнес, задыхаясь, женский голос. – Джеффри, быстрее, перережьте веревку.

Еще одна пара рук, более сильных, ухватила его и приподняла. Веревка на горле ослабла. Грейсон глубоко вдохнул, перед глазами плясали огненные круги.

– У меня нет ножа, мадам, – промычал мальчишеский голос.

– Возьми этот, – сердито ответила женщина.

Зрение возвращалось. Было слышно, как передвигают кресло. Потом оно заскрипело, на него встали. Мальчик поднял руки, обдав Грейсона запахом немытого тела. Мальчишка быстро перепиливал веревку ножом.

Веревка наконец порвалась, и Грейсон рухнул вниз. Усталые ноги подогнулись, и он приземлился навзничь, уткнувшись носом в потертый ковер.

Он уловил аромат, сладкий и теплый. Плеча его коснулась легкая рука.

– Джеффри, беги за ними. Сходи за караульным.

– Но они убийцы, мадам! Я их боюсь!

Грейсон подавил смешок и судорожно вдохнул, ощущая запах несвежего ковра с такой радостью, будто это – пьянящее благоухание волшебного эликсира. Холодное лезвие коснулось запястий, кровь застыла, но веревка исчезла. Руки разжались, жизнь возвращалась в затекшие конечности. Мгновение Грейсон лежал и наслаждался болью – если больно, значит, он жив. Чья-то рука встревоженно дотронулась до его плеча. Он поднял голову.

Над ним склонилась соседка, взволнованно вглядываясь в него. Грейсон несколько раз видел ее после переезда и решил, что как-нибудь рассмотрит такую красавицу получше. А для этого нужен предлог. Поэтому-то он выходил из дома всякий раз, когда видел, как карета привозит ее домой. Джейкобсу было приказано выяснить, кто она. Лейтенант доложил, что она вдова миссис Аластер. Раньше ее звали мисс Александра Симмингтон, она – дочь лорда Алексиса Симмингтона и внучка герцога. Голубая кровь и прекрасное воспитание.