– Ты сделала... что?! – выпалила Афина (весьма непривлекательно скривив губы, как не преминула отметить Венера), во все глаза таращась на светящиеся шарики, скрывавшие в себе души смертных женщин.

 – Не могла же я позволить им просто взять и умереть! – с вызовом ответила Венера, поглаживая шарик, – Это было слишком ужасно и слишком быстро. Они обе такие молодые!

 – Смертные умирают. Точка. Ты не должна была вмешиваться в то, что предназначили им богини судьбы, – возразила Афина.

 – Ох, умоляю! Они же современные смертные. Они вообще не верят в судьбу.

В комнату ворвалась Гера.

 – Что происходит? Я пришла, как только смогла. Сатир доставил мне срочное послание, и... – Богиня умолкла, заметив висящие в воздухи шарики света. – Это что, души смертных?

 – Именно, – кивнула Афина.

 – И что они тут делают? Они заблудились?

 – Нет. Не заблудились. Это души смертных женщин, а сюда их притащила Венера.

Венера, нахмурившись, уставилась на Афину.

 – Послушай, Афина, у тебя регулярно бывает оргазм? Если нет, то это вполне объясняет твою вечную раздражительность и осуждение всех и всего.

 – Венера! – Голос Геры прозвучал резко, напоминая богине любви, что она рядом с королевой Олимпа, – Почему души смертных находятся в этом помещении?

 – Одна из них... – Венера помолчала, присматриваясь к светящимся шарикам, и наконец показала на тот, что висел в воздухе ближе к ней, – Вот эта, я думаю, душа смертной, которую я выбрала, чтобы она помогла нам с Ахиллесом. Вторая – ее лучшая подруга.