А еще у сэра Гектора бывали гости из Лондона, в том числе женщины, которых ни одна знатная дама в графстве и на порог бы не пустила. Но сэр Гектор отзывался о знатных дамах с пренебрежением.

— Я знаю, что думают обо мне эти кислые и чопорные старые вороны, — сказал он однажды Лине. — Но стоит нам пожениться, и все пойдет иначе! «Башням» не хватает только знатной хозяйки. Вот вы и будете этой хозяйкой.

Несмотря на свою детскую наивность, Лина понимала, что сэр Гектор хочет жениться на ней не только ради нее самой, — хотя и это ее пугало, — но еще и потому, что она — дочь своих родителей.

Во всем графстве не было ни одного человека, кто не любил бы ее покойную матушку. А род Уэллингемов был таким древним и знатным, что дочь графа Уэллингема приняли бы все, кто не желал знать сэра Гектора Стендиша и его дружков.

Лина однажды слышала, как герцогиня Дорсет говорила ее матери:

— Нет, необходимо провести черту. Неважно, сколько он может пожертвовать на большую охоту или на благотворительность. Лично я дала мужу понять, что не собираюсь принимать у себя этого краснолицего мужлана.

Матушка кивала и соглашалась с герцогиней, хотя и не столь энергично. Она была слишком добра, чтобы указать на дверь кому бы то ни было.

И тем не менее графиня следила за тем, чтобы сэра Гектора не приглашали на званые обеды, которые устраивали Уэллингемы. Только после ее смерти сэр Гектор явился в замок, чтобы выразить графу свои соболезнования, И теперь его уже невозможно было выставить оттуда.

Накануне сэр Гектор был особенно назойлив.

— Лина, — говорил он, — я всерьез намерен жениться на вас, и чем быстрее вы дадите согласие, тем лучше!

— Простите, сэр Гектор, но мой ответ вам известен, — сказала Лина.

— Господи, барышня, подумайте хорошенько! Как вы не понимаете! Я же вас озолочу! У вас будут наряды от лучших лондонских портных! У вас будут такие бриллианты, что у всех здешних дам глаза на лоб повылезут от зависти! У вас будут лучшие лошади во всем графстве!