Джордан Рис ничем не походил на своего отца. С первого же взгляда на него становилось ясно, этот человек не пойдет проторенным путем, просто продолжая семейную традицию. Он уже сделал себе имя, и никто не сомневался, что долго он тут не задержится. Ведь для телевизионного журналиста, работавшего за границей, сидеть в Брэдбери – смертная скука. Наверняка Группа Риса очень скоро назначит сюда нового главного редактора, а Джордан Рис вновь отправится за океан и будет слать телерепортажи из какой-нибудь горячей точки земного шара. Впрочем, пока он находился здесь, и Кэсси поневоле ежедневно с ним встречалась.

Она подошла к его кабинету, все-таки умудрившись чуточку опоздать, и он снова поймал ее на этом.

– Мисс Престон!

Джордан Рис всего-навсего назвал ее имя, а у нее уже дрожат колени. Как ему это удается? Он ведь отнюдь не рассержен! Этот человек вообще никогда не выходил из себя. Но уже в самом его голосе чувствовалась некая затаенная угроза, даже когда он просто давал ей какое-нибудь поручение. Сейчас, стоя в дверях своего кабинета, он казался слишком большим и для этого помещения, и для той работы, которую временно здесь исполнял. – Сообщите, когда будете готовы, если это вас не затруднит, – сказал он без улыбки.

На телеэкране он всегда выглядел таким красивым, таким уверенным в себе, и девушки в журналистском колледже считали его просто неотразимым. Некоторые прямо-таки гонялись за его книгами – не столько ради того, чтобы прочитать о волнующих и зачастую трагических событиях, сколько ради его фотографии на обложке.

Сама Кэсси тоже читала его книги, и временами у нее мелькала мысль, что Джордан Рис, пожалуй, человек несчастливый. Может, дело вовсе и не в том, что ему доставляет радость при всяком удобном случае выискивать у нее промахи? Другим-то, как правило, удавалось избегать его недовольства. И обращался он к ним запросто, по именам. Только ее называл не иначе как «мисс Престон»! Даже во сне она слышала его суровый голос, видела светлые, как серебристые льдинки, глаза.