– Я не преувеличиваю. Больше чем уверена, что ты ничего не помнишь из алгебры.

– Это вы зря! – обрадовался Алик. – Я, например, до сих пор помню, что такое тангенс. Тангенс – это косинус, деленный на синус.

– Наоборот, – рассмеялась Танечка. – Это синус, деленный на косинус.

– Ну вот! – ничуть не смутился Алик. – Опять перепутал!

– Не перепутал, Алик, а никогда не знал.

Танечка вдруг взяла его под руку и сказала:

– Пойдемте в зал, там, наверное, уже торжественное собрание идет…

– Ты же говорил, что она уже не работает, – сердито шепнул другу Алик, когда они пробрались в последний ряд актового зала.

– Я не знал… – буркнул Лешка.

– Опять врешь?

– Честное слово! Я точно от кого-то слышал, что она уходила из школы. Может, опять вернулась?

Алик фыркнул от смеха, вспомнив глупейшие Лешкины вопросы в разговоре с Танечкой.

– Что ты ей болтал? Ты хоть думай!

– Я же не ожидал, что она тут, – оправдывался Лешка.

– Тихо, ребята! Мешаете! – К ним обернулся старик географ, строго взглянул из-под очков и, похоже, не узнал.

– Пойдем отсюда, – решил Алик. – Погуляем по коридору, пока собрание кончится.

Ребята потихоньку выскользнули из зала.

– Черт знает что! – поморщился Лешка. – Вечер встречи – и такая скука. Если так будет до конца, то и не найдем никого из своих.

– После собрания обещают танцы, – успокоил его Алик. – Пойдем покурим.

Ребята свернули за угол и обалдели: навстречу им по широкому школьному коридору снова шла Танечка.

– Куда ты меня привел?! – застонал Алик. – Она просто преследует нас.

– Давай сбежим, – предложил Лешка.

– Прямо сейчас?

– Ну да! До лестницы несколько шагов, а там – бегом вниз.

– Не смеши! Нам же не десять лет.