В семействе Таундсенов не было принято говорить о наследстве, полученном от богатого дядюшки, и поэтому Дженна почти забыла о том, что Сюзи богата. Когда Саймон напомнил о деньгах, она озабоченно наморщила лоб.

– Но твоя сестра, наверное, не имеет права распоряжаться трастовым фондом, пока не достигнет тридцати лет?

– Только если она не выйдет замуж. В этом случае она получит доступ к наследству в двадцать пять лет, то есть через четыре месяца.

Дженна почувствовала себя виноватой. Она так обрадовалась редкой возможности утереть нос Саймону, что совсем забыла о потрясающей способности легкомысленной подруги попадать во всякие неприятные истории.

И еще одна догадка неприятно кольнула девушку. А может, Сюзи, зная, как подруга относится к ее брату, придумала всю эту ситуацию, чтобы та не слишком углублялась в расспросы?

– Саймон, Сюзи достаточно взрослая, чтобы самой решать, за кого ей выходить замуж, – сказала Дженна твердо. – Зная свою сестру, ты должен был предполагать, к чему приведут попытки ее принудить, – закончила она, отважно пытаясь подражать холодному сарказму Саймона.

– Ах, так… Все ясно. Значит, мне отводится роль Злого Старшего Брата? Насколько я понял, Сюзи успела обсудить с тобой и Джона Камерона?

– Да, она сказала, что ты пытаешься насильно выдать ее за одного из своих друзей, – без обиняков заявила девушка.

Саймон насмешливо вскинул брови.

– Неужели она так и сказала? Черт, оказывается, у Сюзи более богатое воображение, чем я думал! И ты ей поверила?

От его улыбки у Дженны побежали мурашки по спине.

– Интересно, как, по-твоему, можно осуществить сей злодейски замысел на практике? Накачать ее снотворным, в бессознательном состоянии вывезти в некое тайное логово и держать в заточении до тех пор, пока она не согласится выйти за Джона? Или, может…