Не успев оправиться от первого потрясения, Дженна машинально ответила:
– Кажется, твоя мать хранит их в подвале. – Затем изумление уступило место гневу, и она воскликнула: – А ты что здесь делаешь, Саймон? Ты же, кажется, не собирался приезжать но утра?
– Не собирался. Но передумал. Честно говоря, мне и в голову не приходило, что ты проявишь такую фантастическую преданность моей взбалмошной сестрице и приедешь сюда лично, да еще и ночью. Должно быть, путешествие было не из приятных – в твоей-то машине.
– Крейг одолжил мне свой «порше», – возразила Дженна.
К этому времени ее глаза уже успели прицыкнуть к темноте, и она отчетливо увидела, как брови Саймона изогнулись в презрительном недоумении.
– В самом деле? Похоже, я недооценивал пылкость твоего любовника или… твои способности. – Издевательский подтекст его слов был таким очевидным, что девушка вспыхнула. – К сожалению, мы оба приехали напрасно, потому что Сюзи здесь нет.
– Не может быть! Но она сказала…
– Значит, она тебя обманула, – холодно перебил Саймон. – Ее здесь нет. Должен признаться, я был несколько удивлен, услышав, что ее друг согласился провести чуть ли не две недели в корнуэльской глуши. Не его стиль. Хэлбэри любит роскошь, он бы предпочел виллу на Лазурном берегу.
Саймон говорил с таким нескрываемым отвращением, что Дженна поморщилась, Она вдруг поняла, что всю дорогу до Корнуолла держалась только на адреналине, и теперь всплеск энергии сменился страшной усталостью. Мышцы словно налились свинцом, и сразу очень захотелось спать. Ей оставалось только одно – вернуться домой. Мысль о долгой и утомительной обратной дороге отнюдь не вызывала у нее энтузиазма.
Она повернулась и направилась к машине, но Саймон схватил ее за руку.
– Куда это ты собралась?
– Обратно в Лондон, куда же еще.
Саймон устало поморщился. На его лице появилось какое-то странное напряженное выражение, Дженне на миг даже показалось, что он смеется над самим собой, но она тут же отмела это нелепое предположение. Самоирония никогда не была ему свойственна: вероятнее всего, ей это просто почудилось в призрачном лунном свете.