Она достаточно хорошо знала Глена, чтобы понимать, что люди такого пошиба, как О'Брайен, заносчивые выскочки, должны действовать на него, как красная тряпка на быка, и спрашивала себя, стоило ли ей уговаривать декана Форбса приглашать на встречу Глена. «Все-таки речь идет о миллионе долларов, подумала она. — А Глен руководит отделением социологии. Без него денег нам ни в коем случае не получить. «Она украдкой взглянула на Глена. Он задумчиво смотрел в окно, выдвинув вперед подбородок и плотно сжав губы. Сьюзен подавила вздох. «Но с ним миллиона нам не получить тем более», — пессимистично сказала она себе.

— Но Джулия, детка, я тебя не понимаю! Почему ты должна растрачивать свой талант на такую... такую, ну, я хочу сказать... — Глория Митчел оглянулась в поисках поддержки на мужа, который строго смотрел на свою единственную дочь.

— Твоя мать, дорогая, хочет сказать, что мы не можем понять, почему ты предпочитаешь гробить свой талант в так называемой «Свободной театральной труппе», вместо того чтобы прислушаться к нашим советам. Ты бы давно была в Голливуде, если бы согласилась на мое предложение позвонить Клоду Палмеру. Он...

— ...один из самых известных антрепренеров Восточного побережья, я знаю, папа. Ты говорил. — Джулия перевела взгляд с отца на мать и обратно и подавила вздох. Этими спорами она уже была сыта по горло. Через две недели на третью повторялось одно и то же. С тех пор как Джулия уехала из дома, она регулярно приезжала из Нью-Йорка в поместье Митчелов под Бостоном, чтобы повидаться с родителями. А когда она сдала экзамен по актерскому мастерству, все разговоры неизбежно сводились к ее карьере.

Под карьерой же Берт и Глория Митчелы понимали Голливуд и «Оскара». Как минимум! «Скажи спасибо, что они вообще смирились с мыслью, что я стала актрисой», — напомнила она себе.

— И кроме того, Джулия, я, как и прежде, считаю это занятие совершенно неподходящим для девушки из семьи Митчелов, — продолжил отец. — Ты знаешь, что я...