Анна положила трубку и сердито нахмурилась. Ее вовсе не радовала перспектива видеть Гарольда Сэвиджа в роли крестного отца.

Гарольд был ее первой любовью, серьезной и глубокой. Анна не видела его несколько лет, но, как оказалось, он по-прежнему вызывал в ней бурю чувств и сексуальное томление. Разум подсказывал Анне, что недопустимо снова попадать под власть обаяния Гарольда. Если бы она согласилась пообедать с ним, у нее не осталось бы ни малейшего шанса выскользнуть из его цепких рук.

Анна знала, что у Гарольда всегда на первом месте он сам и его дела. Судя по уверенному виду и по небрежной манере разговора, Гарольд ничуть не изменился. Но Анна изменилась. Гарольду придется понять, что перед ним уже совсем не та робкая девочка, которая смотрела на него, как на Бога, ловила малейшие знаки внимания, пусть и снисходительного.

Теперь Анна не так радовалась предстоящему семейному празднику. Ее скорее раздражала необходимость присутствовать на нем, поскольку неизбежно придется общаться с Гарольдом Сэвиджем. В последние годы ей удалось обрести уверенность в себе и самоуважение, а встреча с Гарольдом вновь пробудила ощущение заброшенности и чувство обиды, которые мучили ее много лет назад.

Звонок телефона вывел Анну из задумчивости. Она поспешила взять трубку и вздрогнула, услышав холодный, слегка насмешливый голос Гарольда Сэвиджа.

— Похоже, ты ждала совсем другого звонка, — заметил он, — извини, что разочаровал.

— Ничего я не ждала, — огрызнулась Анна. — Я уже собралась ложиться спать.

— Так рано?

— У меня сегодня был трудный день.

— Чтобы не утомлять тебя, задам только один вопрос. Что ты посоветуешь подарить юному Ролтону на крестины?

— Можешь ничего не дарить. Думаю, Дэниел вовсе не ждет от тебя подарка.

— Он сказал, что крестной матерью будешь ты. А что ты подаришь малышу?