– Можете ли вы… можем ли мы… собрать такую сумму?

– Только если лишимся всего, – убито произнес сэр Эдвард. – Поэтому я и не решался сказать вам.

– О Эдвард, как вы могли! А как же девочки? Нужно готовиться к свадьбе Эстер, Люсинду уже пора вывозить в свет…

– Я знаю, знаю, – пробормотал сэр Эдвард, – я был глуп, я был не в себе, но этот Меридан задел меня за живое. Когда он принялся поддразнивать меня, обращаться со мной как с жалким провинциалом, я совершенно потерял голову и решил доказать, что я ему ровня!

– Меридан! – воскликнула леди Белвиль. – Ты имеешь в виду того самого графа Меридана?

Сэр Эдвард кивнул.

– А ваше письмо… это от него?

– Увы, дорогая, от него.

– Тогда… тогда я не понимаю… – сказала леди Белвиль, переводя недоумевающий взгляд с мужа на дочерей.

– Позвольте, я продолжу, – предложил сэр Эдвард.

– Да, конечно, – ответила леди Белвиль.

– Продолжай же, папа. И во что же вы играли? – заинтересовалась Люсинда.

Мать неодобрительно взглянула на нее, давая понять, что этот вопрос был совершенно неуместен. Решившись на чистосердечное признание, сэр Эдвард ответил:

– Фаро.

– О, папа, это, наверное, такая захватывающая игра – пусть даже ты и проиграл!

– Успокойся, Люсинда, и дай отцу продолжить, – оборвала ее леди Белвиль.

Люсинда снова села на стул, и в наступившей тишине было слышно, как сквозь слезы вздохнула Эстер, и вздох этот, казалось, шел из самой глубины ее души.

– Мы играли в клубе у Брукса, – поспешно сказал сэр Эдвард, заметив, что Эстер находится на грани отчаяния. – Когда я осознал, что игра окончена и я проиграл, у меня не было сил что-либо предпринять, настолько я был убит. До тех пор я даже не думал о последствиях. И лишь когда Меридан поднялся из-за стола, меня охватил ужас от мысли, что я не могу заплатить долг чести.

Не вытерпев, Люсинда вмешалась:

– Папа, ты, конечно, ему этого не сказал?