– Если бы у тебя был сын, отец, ты все равно потерял бы свои земли.

Резко повернувшись, Бронуин зашагала в том направлении, куда, как она успела заметить, слуги повели лошадей. Ей не хотелось так резко отвечать отцу, но, вот проклятая судьба, она старалась изо всех сил искупить свою невольную вину за то, что не родилась мальчиком. Бронуин не хуже мужчин умела скакать верхом и охотиться. Во всех четырех северных землях были известны ее соколы. Достаточно сказать, что сам Левеллин Граффитский купил одного! Не виновата же она, что мать забрала ее в верхние покои и настояла на необходимости обучаться ведению домашнего хозяйства и выполнять соответствующие обязанности!

А Дэвид Эльвайдский, подопечный ее отца, в это время обучался искусству владения оружием, готовясь стать оруженосцем. И пока Дэвид со своими приятелями учился метать копье и отражать удары, Бронуин заодно с ведением домашнего хозяйства овладевала искусством отклонять любовные домогательства мальчишки. По словам молодого обожателя, язычок у нее был острым, словно жало.

В день своего двенадцатилетия Бронуин была помолвлена с Дэвидом по согласию епископа, его дяди, и лорда Оуэна, ее отца. Свадьба была отложена до возведения Дэвида в рыцарское звание, которое месяц тому назад осуществил сам лорд Оуэн. А вскоре поражение Левеллина разрушило будущее молодых людей, и хотя Бронуин не особенно нравились неловкие поцелуи жениха, все же Дэвид был красив, и, к тому же, словесные перепалки доставляли девушке удовольствие. Брак с Дэвидом был бы, по крайней мере, необременительным для нее и не слишком скучным.

Сердце у Бронуин тревожно сжалось уже не в первый раз с тех пор, как расстроилась помолвка. Бронуин выросла вместе с Дэвидом в доме своего отца. А что общего может у нее быть с этим английским рыцарем? Девушка испытывала к завоевателям лишь одно презрение. Ей даже приходила в голову мысль, что, не исключено, она не сможет полюбить своего ребенка, если судьба окажется жестокой и наделит ее отпрыском англичанина, несмотря на все принятые меры предосторожности.