— Как идут дела на ферме? — спросила я, чтобы отвлечься от этих мыслей.

— Неплохо. Шесть лошадей, двадцать коров, дюжина свиней и, конечно, куры. Ко всему прочему еще три пса.

— Кажется, раньше их было меньше?

— Вы правы, — Эндрюс улыбнулся. — Дог нам достался от вашего двоюродного брата, когда он переехал в Нью-Йорк. Другой двоюродный брат женился, а жена терпеть не может собак, — нам пришлось приютить его таксу. Из старожилов — Барон, овчарка.

— Барон, — повторила я.

Эта кличка напомнила мне о чем-то далеком. Я глубоко вздохнула и взглянула в окно.

— Если я не ошибаюсь, мы снова проезжаем мимо парка…

— Извините. Кажется, я повернул не туда.

Я посмотрела ему прямо в глаза.

— Зачем вы обманываете меня, мистер Эндрюс. Вы повернули специально.

Он кивнул без тени смущения.

— Вы хотели проверить, как я буду реагировать? Может быть, что-нибудь вспомню. Увы, не надо забывать, что у меня полная амнезия, — я с усилием рассмеялась. — Может быть, я когда-то жила здесь?

Он снова кивнул:

— Девяносто вторая улица. Между Мэдисон и Пятой авеню.

— Теперь понятно, почему дома мне показались такими знакомыми. Я столько раз мимо них проходила, когда выгуливала Барона…

Я запнулась.

— Да, — сказал он. — Барон — это ваша собака.

— Значит, вы сделали это специально?

— Я думал, это поможет вам вспомнить. Как видите…

— Зачем вам понадобились мои воспоминания! Зачем?! — я едва не расплакалась от бессильной ярости, однако поспешила взять себя в руки. — Не делайте больше этого, пожалуйста… Барон… С ним все было в порядке, когда меня забрали в клинику? Я имею в виду, я не забывала его кормить?