Кайл изумленно уставился на него.

- Ты шутишь?

- К сожалению, нет. Мы в Китае. Здесь свои обычаи. Купцы гильдии вероятно, самые честные люди, каких я когда-либо встречал, однако они могут лишиться всего, что имеют, по вине любого чужеземца.

Это объяснение ошеломило Кайла. Он вгляделся в лица людей, ждущих на причале.

- Который из них шпион?

- Цзинь Кан, вон тот тощий юнец слева от Чэнгуа. Строго говоря, он переводчик. Здесь переводчиков называют драгоманами, и, как правило, они не блещут познаниями: изучать язык варваров - ниже их достоинства, поэтому они довольствуются гибридным английским языком, на котором говорят почти все местные, работающие в сеттльменте. Этого хватает, чтобы обсуждать условия сделок. - Гэвин понизил голос, опасаясь, как бы Чэнгуа не услышал его.

Босой матрос ловко выпрыгнул на причал и пришвартовал судно к лестнице. Пока пассажиры высаживались на территорию порта, называемую Английским садом, Кайл убедился, что вблизи Чэнгуа выглядит еще внушительнее, чем издалека. Его темно-синяя многослойная туника была сшита из тончайшего шелка и украшена вышивкой по краям широких рукавов, на шее висели резные нефритовые бусы.

На высокое положение Чэнгуа в обществе указывал не только богатый наряд, но и вышитая вставка на груди, и голубой шарик на шапке. Этот шарик был отличительным знаком мандарина<Мандарин - португальское название китайских чиновников.>, а его цвет обозначал ранг и степень влияния его обладателя. Мандарин, не оправдавший доверия приближенных, рисковал лишиться шарика и всех привилегий. Европейцев это удивляло, китайцы же относились к своим обязанностям со всей ответственностью.

Гэвин поклонился.

- Приветствую, Чэнгуа, - доброжелательно произнес он. - Такая встреча - большая честь для нас.

- Мы рады снова видеть вас в Кантоне, тайпен, - отозвался Чэнгуа, пользуясь традиционным обращением к главе торгового дома.

Гэвин представил ему Кайла, который церемонно раскланялся.