Когда Беатрис, несколько успокоенная своим отражением в зеркале гардероба, присоединилась к нему, он разговаривал с метрдотелем, который, как только она подошла, проводил их к столику у окна, порекомендовал заказать фазана, пожелал им приятного ужина и уступил место официанту.

     — Вы хотите фазана? — спросил Гиз. — Или закажете что-нибудь другое?

     Изучая меню, Беатрис почувствовала, что действительно голодна.

     — Пусть будет фазан, и пожалуйста...

     — А еще здесь всегда великолепные омары, давайте начнем с них.

     Беатрис начала бы даже с куска хлеба, так, как ланч, состоявший из легкого супа с булочкой и одного сэндвича с мясом, был уже давно забыт. Она ела омара с огромным удовольствием. Удивительно, как хорошая еда сказывается на настроении! Покончив с фазаном и решая, что выбрать на десерт, Беатрис была уже совсем спокойна. Заметив задумчивый взгляд профессора, она сказала:

     — Мне очень жаль, что я так вела себя сегодня вечером. Просто глупо с моей стороны.

     — О Боже милостивый! Чувствую, что мы вот-вот опять вернемся к обсуждению погоды, — насмешливо улыбнулся профессор. — А я-то думал, что лед между нами уже растоплен.

     — Я не понимаю, что вы имеете в виду...

     — Какое оригинальное замечание, и главное — очень правдивое, — с иронией заметил он. — Ну да ладно. Расскажите-ка мне лучше о завтрашнем дне. Вы будете нас регистрировать? По-видимому, мы должны будем проходить в больницу только через главный вход...

     Ей хотелось возразить, но... он участник завтрашнего семинара, и она не должна забывать этого.

     — Нет необходимости, — подчеркнуто вежливо ответила Беатрис. — Вы можете воспользоваться дверью, через которую мы входили сегодня вечером. Отмечать приехавших, я буду в своем кабинете.

     — А потом, что вы будете делать?