— Симона права, Клер, — обратилась к американке Белль. — Относись к этому просто как к правилам игры, про которые я по неосторожности забыла. Не пенять на судьбу и несправедливость людей. Я многого достигла в своей профессии, и настало мое время почувствовать на себе всю силу антипатии соперников. Это великая честь, Клер... — Белль загадочно улыбнулась своей соседке.

— Ты называешь это великой честью? Я не понимаю тебя, Белль, — продолжала негодовать маленькая американка.

— Конечно. Если я смогу с честью выдержать это испытание славой и завистью, мне откроется путь на самый верх.

— Ты уже видишь себя на этой вершине, — двусмысленно заметила Симона. — И каково там? Расскажи нам, Белль.

— Там комфортно, дорогие мои. Пробиться на самую вершину — это возможность стать человеком, который, несмотря на непредсказуемость событий, будет регулярно появляться на телеэкране перед взорами миллионов телезрителей и собирать лавры кропотливых безымянных сотрудников телекомпании, готовящих и перепроверяющих материалы выпусков, обслуживающих все твои потребности и безропотно сносящих любой твой каприз. В то время как сама звезда, неспешно отдавая распоряжения, готовится перед зеркалом к выходу в эфир, а все свободное время проводит в салонах красоты на средства телекомпании... — фантазировала Белль.

— Ты не такая, — брезгливо поморщилась Клер.

— Разве?

— Я уверена.

— Ну, значит, стану такой, — рассмеялась молодая телеведущая. — Если не в самое ближайшее время, то в перспективе — обязательно... Никто не знает, как далеко может завести упорного человека труд.

— Такова твоя цель?

— О самом важном не следует заявлять во всеуслышание. Так я считаю, — заинтриговала собеседницу Белль Девенпорт.