Пол вновь показал ей на часы и прошептал:

— Нам надо идти.

Она опять кивнула:

— Я позвоню вам через день, и вы скажете мне, что решили. Папа, я на самом деле не хочу, чтобы кто-то из вас приезжал сюда смотреть на старт. Я буду чувствовать себя гораздо лучше, если буду знать, что вы отдыхаете в Вайоминге. Ладно?

— Хорошо, дорогая. У тебя есть время поговорить с твоей мамой?

— Конечно. Дай ей трубку. — Джилл подняла руку, чтобы остановить протесты Пола. Она накоротке переговорила с матерью и потом со странной слабой улыбкой положила трубку. Для нее было облегчением знать, что они не приедут. Ее уже несколько дней мучило беспокойство, и правда заключалась в том, что она действительно не хотела, чтобы они присутствовали при старте. Она испытала облегчение, узнав, что родители не будут смотреть запуск и по телевизору.

Пол прервал ее раздумья. Он встал, очень тщательно одетый в темно-синий костюм-тройку, и прочистил горло.

— Ты понимаешь, что мы опаздываем?

— Прости меня, Пол. Дай мне одну минуту. Возьми что-нибудь выпить и посиди. — С этими словами она пошла к двери спальни и остановилась. — Когда прилетает его самолет?

— Через пятнадцать минут.

— Извини. — Она перевела дыхание. — Но ведь иногда случаются непредвиденные события. Я постараюсь одеться побыстрее.

Она закрыла за собой дверь, расстегнула халат, сбросила его на пол. Схватила трусики и лифчик, надела их и раскрыла дверцу гардероба. Достала первую попавшуюся юбку и легкую блузку. Застегнув пуговицы, она натянула чулки, засунула ноги в туфли на низком каблуке. По дороге к двери кинула быстрый взгляд на свое лицо. Времени на то, чтобы наложить грим, уже не оставалось. Она так и выглядела — как стройная женщина с золотыми волосами, одевавшаяся в большой спешке. Открыв дверь, она объявила:

— Я готова.

Пол вскочил и поставил стакан на стол.