— Юбка блестит как парчовая, длиной почти в землю. Сапожки аккуратные, замшевые… — продолжали они, не обращая на мой гнев никакого внимания.

— Ридикюль как у моей тетки, правда, только из кожи, а не из гобелена…

Топнув ногой, чтобы они посмотрели на меня, я едва не завопила:

— Как вы смеете?! Что вы себе позволяете?!

Но меня никто не слушал, по-прежнему удерживая конями в плотном кольце, возможности убежать — не было.

— Хоть она мне и не нравится, но подходит… — неожиданно для меня, задумчиво протянул шатен.

Его я прежде не разглядывала, но теперь…

Ох, как мне не понравился его взгляд! Какой-то оценивающий, взвешивающий. Словно он не на меня смотрел, а на выставленную на продажу вещь.

— У тебя муж есть? — тем временем спросил он.

— А тебе какое до этого дело?! — сердце внутри сначала предательски вздрогнув, болезненно сжалось, а потом пустилось вскачь галопом.

— Хоть кольца на пальце нет, — спокойно заметил блондин. — И замужняя сразу ответила бы… А может не стоит?…

— Нет, я уже все решил! — махнул рукой шатен, словно отсекая ненужный спор.

— Ты уверен? — нахмурился черноволосый. — Мне кажется, ты не в настолько бедственном положении, чтобы устраивать такую авантюру. Может все-таки Элиза? С ней хотя бы все понятно, а эта незнакомка…

— И чтоб я эту плаксу всю жизнь терпел? Чтобы я покорился дядькиной воле?! Отдал все ее папаше Горрану?! — взвыл тот, перебивая друзей. — Ни за что! Я лучше себе пулю в лоб пущу! На войну наемником пойду! Но никогда… слышишь?! Никогда не покорюсь ему!

На лицо шатена было противно смотреть, его настолько перекосило от злости, что лицо из симпатичного, превратилось в отталкивающую маску.

— А взять безродную? Подумай, ведь это на всю жизнь! — продолжил увещевания черноволосый. — Такие дела спешно не делаются!