И что же? Его попросили подождать, как какого-нибудь местечкового принца или еще кого помельче. И плюс ко всему, не нашли ничего лучшего, как посадить на стул напротив триптиха «Лорд-Протектор побеждает Черного Властелина». В первой части эпохального полотна юный и румяный Лорд-Протектор протягивает ладонь к рукояти Меча, единственно способного сокрушить средоточие Мрака, во второй все тот же Лорд – закованный в доспехи и изрядно заматеревший – ведет свое небольшое, но отважное войско навстречу бесчисленному черному воинству, а в третьей муж – уже успевший поседеть! – сносит голову Владыке Мрака, изображенному в виде помеси жабы с шакалом. У Бьорна, не понаслышке знакомого с действительными событиями, подобное глумление вызывало попеременно то тошноту, то сильнейшее желание превратить художника в столь удачно найденный им образ Черного Властелина. Да и нынешний Лорд-Протектор тоже был хорош – не постеснялся позировать для шедевра, хотя во времена прошлого возрождения Черного его дед с бабкой еще даже не познакомились... «Впрочем, нет, именно тогда они и встретились впервые», – поправил себя Скиталец, нисколько от этого не смягчаясь. Напротив, воспоминания о славных пращурах нынешнего Лорда лишний раз подчеркивали ущербность последнего.

Проскучав в приемной уже больше двух часов, Бьорн всерьез начал прикидывать, как лучше будет поступить: снести окованные железными скобами двери в кабинет и задать Лорду небольшую трепку или гордо развернуться и уйти? Характеру Бьорна больше импонировал первый вариант, но второй выглядел явно предпочтительнее – времена были неспокойные, и такая ссора оказывалась только на руку общему противнику.