Однако пауза затягивалась, и старый маг решил выгадать время, но сделать это с пользой.

– Ну вот я и говорю: тебе мои советы не нужны... Скажи лучше, есть ли что-нибудь еще?

– Еще? Тебе мало двух столь грозных конфликтов, каких на моей памяти еще не случалось? Ну что ж, есть и еще! Как тебе понравятся стаи волков-оборотней, гуляющих по восточным отрогам Срединного? Или драконы, нападающие средь бела дня на маленькие города в верхнем течении Могучей?

– Драконы, нападающие на города?! – Это звучало настолько дико, что Бьорн предположил было, будто Агенор оговорился.

– Тебя интересует, как они это делают, не так ли? Сейчас ты удивишься: они собираются в отряды – не подберу другого слова! – до десяти штук и нападают разом. Внезапно, там, где их не ждут, проносятся вихрем, сжигая и круша все на своем пути!

– Не грабят?

– Нет.

Вот это действительно не укладывалось у Бьорна в голове. Он по праву считался лучшим специалистом по стратегии и тактике Зла, назубок знал все варианты козней, но сегодня уже второй раз вставал в тупик. И если первый, связанный с Тиммерией, где Зло как будто собралось противостоять самому себе, еще можно было списать на ошибочность поступившей информации, то с драконами нокаут был чистый... Бьорн, правда, не знал, что такое нокаут, но чувства его были весьма схожи – он просто не мог вообразить себе гордых одиночек драконов, никогда не собиравшихся в обществе больше двух (потому что к моменту подлета третьего один из первых двух всегда бывал мертв), а теперь ведущих совместные военные операции. И к тому же не ради наживы – краеугольного камня драконьего мироощущения. Да, теперь даже Скиталец молчал потому, что сказать было нечего...