— Она не упоминала, что дом ее дяди…

— Называется «Убежище среди скал»?

— «Убежище…» У дома есть название, — улыбнулась Диана.

Ей нравилась эта идея — давать домам названия. Им со Скипом нужно поломать голову и придумать для фермы что-нибудь более поэтическое, чем «Белая сыроварня».

— Да, но сказала ли она тебе, что «Убежище…» — один из ньюпортских особняков?

Опустив бутерброд, Диана застыла.

— Сюрприз, сюрприз! — Милдред даже не улыбнулась.

Диана сделала глоток и протолкнула застрявший в горле кусок.

— Я думала, что там будет просто мило. Ведь большинство девочек здесь… Неужели их семья так богата?

— Думаю, что богата. Знаете, они из Прескоттов. Осборн — это фамилия матери Сисси в замужестве.

— Прескотты?

— Угу. Стальные Прескотты. — Диана представляла, какой у нее сейчас растерянный вид. — Честное слово, Диана, мне так и хочется спросить: где вы были все это время?

Я путешествовала по страницам книг, собиралась она ответить, но промолчала.

Обе не заметили, что доктор Вильсон, сидевший у окна в кресле с подголовником, прислушивается к их разговору.

— Прескотты… — пробормотал старый преподаватель, попыхивая трубкой. — Я не раз слышал это имя.

Повернувшись, Диана устремила на него напряженный взгляд.

— Вы знаете этих Прескоттов, док?

Старик хихикнул.

— Знаю?! Господи, нет, конечно. Их имена часто мелькали в газетах, вот и все. Меня-то это мало интересует, но именно благодаря рассказам о подобных людях газеты быстро расходятся.

— Каких людях?

Ей было явно не по себе.

— Ну, о богатых людях, людях из общества. И чем бы они не занимались, все тут же приобретает крайне важное значение, не так ли? — Богатые люди? Люди из общества? Диана завернула сандвич и сунула его в сумку. — Тем не менее о них не так-то много слышно с тех пор, как умер старик и все перессорились, — продолжал Вильсон. Внезапно он взглянул на нее с явным интересом. — Вы говорите, что проведете с ними лето?