– Я полагал, мы постараемся перехватить его сегодня утром.

– Мы постараемся, но не факт, что нам удастся это сделать. А через сорок восемь часов он гарантированно явится сам.

Может, Джина просто спит, не выключая свет?

– Он хочет отыскать дочь, – гнула свое Алисса, – и отвезти ее к родственникам, перед тем как они с Мэри-Лу сдадутся властям.

– Это он тебе так сказал.

– Да, – подтвердила Алисса, хотя это и не было вопросом.

– И ты ему поверила? – Ну что за дерьмо! Он позвонил Алиссе, чтобы поговорить о Джине. Позвонил, потому что ему казалось, что он сходит с ума, и ему необходимо было поговорить с другом. А она так занята этим Старреттом, что даже не замечает отчаяния, которое Макс уже не способен скрыть.

Занавеска на окне шевельнулась, и он на секунду увидел бледное лицо Джины. Она смотрела в его сторону. Нет, нет, даже не думай! Не смей выходить!

– Согласись выйти за меня замуж, и я дам ему двадцать четыре часа, – предложил он Алиссе и тут же пожалел об этом. Не стоило использовать их отношения как аргумент в переговорах.

Алисса устало вздохнула, и у Макса кольнуло сердце. Неужели она так глубоко увязла в этой истории, что даже не понимает, что он пытается ею манипулировать?

– Для человека, который так боится обвинений в сексуальных домогательствах, вы ведете себя довольно неосторожно, сэр.

– Я шутил.

– Не совсем.

Да, самое паршивое, что она права.

– Помоги мне! Я тону! – крикнул Макс, не открывая рта и не издав ни звука. Он надеялся, что она все-таки услышит.

– Сэм не согласится меньше чем на сорок восемь часов, – заметила Алисса.

Сэм. Опять Сэм.

– Он не согласится. Точка, – подтвердил Макс. – Поэтому будем придерживаться первоначального плана.

– Макс, пожалуйста, – взмолилась Алисса, и он все понял.

Понял даже то, чего еще не понимала она сама. Сэм Старретт выиграл. Алисса достанется ему.