В сияющих голубых глазах Бейб зажегся озорной огоцек.

— Ну что же, должна признать, что такого приветствия я не ожидала. А ты, случайно, не принесла мне чизбургер? С чизбургером в руках мне лучше вспоминается. Или шоколадный кекс. Пожалуй, шоколадный кекс даже лучше. Я страшно проголодалась.

Шарлотта скривила губы — при этом она нисколько не кривила душой. Тема была для нее больной.

— Договоримся. Но скажи, как тебе удается оставаться во втором размере, поглощая бургеры и картошку фри в таких количествах, словно завтра для тебя уже никогда не наступит? Что случилось с метаболизмом, который должен замедляться к тридцати годам? Мой метаболизм определенно замедлился. А тебе хоть бы хны — ты ешь так, как будто нам по четырнадцать. Я же, глядя на фаст-фуд, воочию представляю, как все эти калории размазываются толстым слоем жира у меня на боках.

Бейб тоже скривила губы.

— У меня фантастические гены. Кто бы ни передал мне их, я ему искренне благодарна. Я бы погибла без чизбургеров и картошки фри с соусом чили, что, как тебе известно, составляет мой основной рацион. Что же касается убийства супругов Карсуэлл, то оно произошло в тот год, когда меня взяли в приемную семью, то есть именно тогда, когда каждая из нас четверых оказалась в приемной семье. Смерть Отиса вызвала много разных толков. Те офицеры полиции, что постарше, хорошо помнят эти события и могли бы многое рассказать… — И вдруг лицо Бейб приняло непроницаемое выражение. Теперь перед Шарлоттой была не ее подруга, а коп на службе, не иначе. — Но какое все это имеет отношение к тебе, Шарлотта?

— Расскажи мне о ребенке Карсуэллов.

— Это дело социальной службы. Что ты затеваешь?

— В Интернете можно что-нибудь найти об убийстве Карсуэллов или об их ребенке?

— В Интернете можно найти все, что угодно, особенно если оно вызвало такой резонанс, тем более что убийство так и не было раскрыто, а сейчас снова у всех на устах. — Бейб взяла Шарлотту за руку и с тревогой заглянула ей в глаза: