Но спустя некоторое время ей пришлось все-таки проглотить горькую пилюлю чужого любопытства.

— Слышала, твой муж вернулся в город? — приветствовала ее Ингрид из кулинарии, когда Оливия заглянула к ней по пути в госпиталь. — А твой отец, говорят, в бешенстве от этого.

Ингрид являлась постоянным источником информации — в маленькой кулинарии было много постоянных посетителей в лице местных матрон, которые живо интересовались всеми новостями, по большей части касающимися личной жизни персон им известных.

Ну а такая новость, как возвращение доктора Медисона, была исключительно волнующей. Оливия была не единственной, кто находил его неотразимо сексуальным и в высшей степени умным.

— Мне, пожалуйста, банку маслин и маленькую упаковку фасолевого салата, — холодно сказала она, надеясь пресечь разговор на корню. — И, к слову, он мой бывший муж.

Однако Ингрид не отличалась тактичностью.

— Думаешь, люди ничего не заметили, голубушка? Сейчас у нас в городе масса интересных мероприятий. Миссис Боулс устраивает прием одна из первых, и доктор Медисон — в числе приглашенных. Понимаешь почему? — Ингрид, поудобнее устроилась за прилавком. — Ее дочь Джоанна сделала красивые зубы, сбросила лишний вес и выглядит потрясающе. Миссис Боулс намерена выдать ее замуж за богатого; во всяком случае, машина твоего бывшего им импонирует.

— Что ж, желаю им удачи, хотя бы потому, что ничего не знаю, о его богатстве.

— Не думаю, что тебя интересует материальная сторона, — хитро прищурившись, сказала Ингрид. — Все-таки жалеешь о разводе?

— Конечно же, нет!

— Ну что же, пусть будет так. Но он слишком крупная рыба, и его трудно удержать в руках, — уколола ее Ингрид.

— Всего доброго! — сказала Оливия, стремительно направляясь к выходу — у нее не было больше сил отбиваться от глупых умозаключений Ингрид.