Грант стоял ошеломленный. У нее всегда были прекрасные глаза: большие, блестящие, особого, орехового, оттенка, менявшие цвет в зависимости от эмоций и настроения — от орехового до экзотически зеленого. Сейчас Оливия еще больше подчеркивала их красоту умелым макияжем, а изящно изогнутые брови и густые, длинные ресницы, чуть тронутые тушью, придавали глазам чарующую красоту. Что же касается рта… он был похож на свежесорванную клубнику. Грант вспомнил их первый поцелуй. Он до сих пор уверен, что для Оливии, поцелуй был первым. Оливию, судя по ее спокойному виду, воспоминания не тревожили.

— Как поживаешь, Грант? — Она держалась учтиво и холодно, как и подобает даме.

— Прекрасно, — выдавил он. — А ты?

— Я… Хорошо. — Она, сжала губы в обаятельной гримаске. — Не ожидала тебя здесь увидеть.

— Мы с Джастином знаем друг друга много лет. Он попросил меня помочь в подготовке свадьбы, и я с удовольствием согласился. Надеюсь, все будет замечательно.

— Так же замечательно, как было у нас? — Оливия иронично улыбалась.

Ее тон и улыбка застали Гранта врасплох, вызвав в памяти такие воспоминания, что он понял: прошлое все еще властно над ним.

… Скромная, домашняя свадьба у дочери Сэма Уайтфилда?! Нет, нет и нет! Помпезное церковное празднество, масса роскошных цветов — гардений, лилий и роз, множество гостей — только такая свадьба!

Большинство из них были незнакомые ему люди, которые сидели, высокомерно и холодно поглядывая вокруг и всем своим видом показывая, что равных им здесь нет. Стоя, у алтаря, Грант думал: не совершает ли он ошибку, придя сюда? Зачем ему эти люди? У него столько интересных дел, столько надо успеть в жизни… В какой-то момент у него мелькнула безумная мысль бежать, пока не поздно, но… из органа полились звуки свадебного марша, отнюдь не улучшившие его настроение…

Все это пронеслось у него в памяти, и в ответ на скептический взгляд Оливии он коротко заметил: