Дэб часто казалось, что он вообще терпит ее лишь благодаря благосклонному отношению членов правления банка к присутствию женщин в этом бизнесе. В глубине души она была уверена, что президент использует малейшую возможность удержать ее подальше от кресла вице-президента. Однако до сегодняшнего дня Дэб выполняла свои обязанности безупречно. Она работала слишком долго и слишком старательно, чтобы теперь рисковать такой должностью из-за громогласной критики какого-то ковбоя.

Но хуже всего было то, что этот скандалист-ковбой относился как раз к типу старых добрых приятелей Джозефа Монтгомери. Да ее босс был бы просто счастлив объединить свои усилия с такими ребятами против беззащитной женщины! Он сразу же примет сторону этого человека, не обращая внимания на необоснованность обвинений. Дэб просто не могла этого допустить.

Дэб наблюдала, стиснув зубы, как ковбой оборачивается и с удивлением поднимает брови.

— Пожалуйста, присядьте, мистер... — Черт, да как же его фамилия?

— Уилсон, мэм. Дасти Уилсон, — произнес он, словно разговаривал с полной идиоткой.

— Простите, мистер Уилсон. Пожалуйста, присядьте и давайте еще раз обсудим ситуацию. Я лишь хочу объяснить позицию банка, и тогда, возможно...

— Я уже знаю позицию банка. Я здесь для того, чтобы попробовать ее изменить. — Он продолжал стоять у двери.

— Я пересмотрю все документы. Может, удастся добиться новой отсрочки. Хотя, уверяю вас, мы и так слишком долго откладывали решение. — Дэб вновь пожалела, что у нее сейчас нет папки с этим делом.

Раздался телефонный звонок.

— Простите, — пробормотала Дэб, отводя взгляд. Она сняла трубку и почувствовала, как дрожат пальцы. Нельзя позволять этому человеку так ее расстраивать. — Дэб Харрингтон слушает.

— Очень важный звонок, — сообщила Аннелиз.

— Попросите перезвонить, пожалуйста. И не могли бы вы принести мне папку с делом Барретта? — попросила Дэб, метнув быстрый взгляд на посетителя. Он все еще торчал возле дверей. Дэб судорожно сглотнула.