На протяжении двенадцати лет он служил в армии, летал на вертолете, сея ракеты «хелфайр» . Его назвали в честь отца Локлин Майкл Хеннесси, но он сократил свое имя до Мика. Как и отец, мужчина был невероятно хорош собой. Того типа, что заставляют сворачивать головы, замирать сердца, и наводить женщин на грязные мысли. Мысли о горячих поцелуях, прикосновениях и сорванной одежде, шепоте теплого дыхания, обжигающего женскую шею, и слиянию тел на заднем сиденье автомобиля. Не то чтобы Мэдди думала подобным образом.

У него была старшая сестра Мэг, и он владел двумя барами в этом городке: «Мортс» и «Хеннессис». Последний появился в его семье задолго до рожденья Мика. Бар «Хеннессис» – это то место, где работала мама Мэдди, где она встретила Лока Хеннесси, и где погибла. Как будто почувствовав, что на него смотрят, мужчина поднял взгляд от завязок фартука. Он остановился в нескольких футах от Мэдди, и их глаза встретились. Она поперхнулась джином, который отказался спускаться по горлу. Из его водительского удостоверения Мэдди знала, что у Мика Хеннесси голубые глаза, но они оказались скорее глубокого бирюзового, как Карибское море, цвета. И то, что эти глаза смотрят на нее, шокировало Мэдди. Она опустила бокал и поднесла руку ко рту.

Последние аккорды песни про хонки-тонк замолкли, когда он закончил завязывать фартук и придвинулся ближе, до тех пор, пока только несколько футов барной стойки не разделяли их.

- Ты жива? – его глубокий голос прорезал шум вокруг них.

Она сглотнула и кашлянула в последний раз.

-Думаю, да.

-Привет, Мик, - позвала его блондинка на соседнем стуле.

-Привет, Дарла. Как дела?

-Могло быть и лучше.

- Так всегда бывает, - сказал он, взглянув на женщину, - ты сегодня будешь хорошо себя вести?

-Ну, ты же меня знаешь, - засмеялась Дарла, - я всегда хорошо себя веду. Но, конечно же, меня так легко сбить с пути истинного.