Конечно, все добрые католики знают, что великолепная церковь Сакре-Кёр, построенная на возвышавшемся над Парижем холме, находится в самом сердце этого артистического квартала. Но самого по себе этого факта недостаточно, чтобы обелить репутацию Монмартра, изобилующего кабаре и другими увеселительными заведениями весьма сомнительного свойства, ставшими притчей во языцех по всей Европе.

Матушка-настоятельница не могла, конечно, обсуждать подобные вещи с девушкой, стоявшей сейчас перед ней. Но всей душой она была против того, чтобы Уна ехала в Париж и жила там у своего отца.

Но Уна не только по возрасту не могла больше оставаться в монастыре, являвшемся, по сути, образовательным заведением для девиц из благородных семей, но, и это было известно и самой Уне, деньги, оставленные ее матерью, подошли к концу, так что о ее дальнейшем образовании не могло быть и речи.

Настоятельница взяла себе за правило никогда не совать нос в семейные обстоятельства своих учениц, но прекрасно знала, что в случае с Уной эти обстоятельства были весьма необычными.

Ее мать оговорила в своем завещании, что все ее скромное состояние должно быть истрачено на образование дочери, и за месяц до своей смерти сама написала в монастырь Богоматери во Флоренции, чтобы узнать об условиях обучения.

Ей сообщили, что это одно из самых солидных учебных заведений для девушек благородного происхождения и что здесь девушки получают очень хорошее образование, которое не может идти ни в какое сравнение с тем, какое дают девушкам даже из самых богатых семей, но не придающих ему большого значения.

Как правило, французские девушки были лучше обеспечены, чем англичанки, и большинство воспитанниц в монастыре Богоматери были из Франции или Италии. Было и несколько человек из Англии, но из-за того, что уровень их начального образования был слишком низок, их определяли в классы, гораздо более младшие по возрасту воспитанниц, чем тот, в котором училась Уна.