Не оглянувшись и не попрощавшись, Бен ушел. Кэтлин долго смотрела, как он шел вдоль линии прибоя в ту сторону, где находилась верфь. Глубокая грусть охватила ее. Ей казалось, что именно сейчас она окончательно потеряла самого верного в своей жизни друга. Это был жестокий удар.

Наконец его голубая одежда стала сливаться с небом, и только по вспышкам солнечных лучей в рыжих волосах она могла определить, где Бен. Уходил некогда самый дорогой человек в ее жизни. Вспомнив, какими глазами он всегда смотрел на нее, как любил смешить ее, какие удивительные подарки он творил для нее собственными руками, Кэтлин печально покачала головой. Ей не верилось, что тот же самый человек смотрел на нее только что с таким отвращением.

Наверное, она приняла опрометчивое решение, приехав сюда. Филипп не зря отговаривал ее, предупреждая о трудностях, которые ждут Кэтлин в родных местах. Вот они и начались, хотя она еще даже не доехала до дома…

Она удрученно смотрела на пустую заветную скамейку, на оголившиеся по осени деревья парка. Ей стало еще холодней, казалось, даже сердце застыло. Усталость последних дней разом навалилась на нее, и, с трудом передвигая ноги в модных туфлях на высоких каблуках, Кэтлин пошла к машине.

Глава 3

В машине было ненамного теплее, и Кэтлин включила подогрев. Неужели их разговор с Беном не кошмарный сон, а реальность? Ей отчаянно не хотелось в это верить. Ведь сколько она себя помнила, Бен всегда был неотъемлемой частью ее жизни…

Приехав с матерью в Дандолк, Кэтлин пошла в школу и сразу столкнулась с неожиданными для себя трудностями. Возможно, ее итальянская внешность была тому причиной, так уж вышло, что она родилась похожей на отца, или ее акцент, но большинство ребят в классе приняли ее в штыки и без конца дразнили «макаронницей». А когда выяснилось, что живет она только с матерью, ее просто начали терроризировать.