— Сэм, тебе же не девяносто лет! Кто верит синоптикам? Кроме того, если будет буря, мы спрячемся в кабачке.

— В каком?

— В любом, старушка! Между прочим, Миа жаждет тебя увидеть.

Это известие Саманту очень обрадовало. Миа была ее подругой, а не виделись они с тех самых пор, как Миа влюбилась в таинственного и молчаливого Клайва, агента МИ-5, работавшего под прикрытием. Клайв, между прочим, раскрыл одно из убийств двадцатилетней давности, приписываемых Робу МакБлейру. Оставались еще три…

— Я готова, вернее, сейчас буду готова. Заедете за мной?

— В семь могу быть у тебя. Или это слишком рано?

Саманта хмыкнула. Сейчас всего четверть седьмого, до дома пятнадцать минут ходьбы…

— Я буду готова. До встречи.

Десять минут ушло на то, чтобы погасить свет и запереть магазинчик. Она в последний раз подергала дверь и отправилась домой. Половина седьмого.

Жила Саманта недалеко от магазина, в доме Каннаганов, снимала у них комнату, впрочем, Шерри Каннаган, кажется, была бы рада вообще ничего с нее не брать. Саманта улыбнулась, потом помрачнела и немного ускорила шаг. Сейчас придется свернуть на узкую улочку, стиснутую с обеих сторон мрачными каменными домами, в которых давно никто не живет. А еще дальше будет противный и мрачный пустырь, это земля Мейзов, только они там так и не стали строиться, почему бы это, интересно. Впрочем, это единственное мрачное место на всем ее пути домой. До чего же противное ощущение! Словно мокрые и липкие улитки ползают по позвоночнику…

Если бы Саманта Джоне была полицейским агентом, преступницей или шпионкой, она бы знала, ЧТО означает это ощущение — за ней следят.

Если бы она верила в колдовство, то ни за что бы не пошла этой привычной дорогой, предчувствуя опасность.

Беда в том, что Саманта не была ни полицейским, ни преступницей, ни шпионкой, и совершенно не верила в колдовство. То есть абсолютно.