Белинда собиралась переделать, здесь абсолютно все. Она со смехом утверждала, что в нынешней обстановке можно умереть от ужаса или тоски. Носилась по магазинам, отбирала ткани… Зеленые и золотистые, нежно-голубые и алые, вот какие цвета она любила, его Белинда.

А потом Белинды не стало, и теперь Рональду Гранту было наплевать, какого цвета стены в замке.

Там, внизу, в нескольких милях от него веселятся люди, крутятся карусели, звенит музыка и сыплется конфетти. Впервые за пять лет Рон Грант вдруг страстно пожелал оказаться там, среди людей.

Он закрыл глаза и попытался представить Белинду. Вместо этого перед ним вдруг возник совсем другой образ. Саманта Джонс. Высокая, стройная, рыжекудрая и зеленоглазая, вечно улыбающаяся чуть насмешливой и немного грустной улыбкой хозяйка магазинчика «Пустяки для удовольствия».

Рон открыл глаза и мрачно уставился на живописную паутину, затянувшую угол коридора. Может, все дело в том, что она рыжая? Этому замку не хватает солнца, вот что. Хотя, какое солнце! В лаборатории достаточно светло, а у Дика Мортона для души есть садик и цветник на заднем дворе…

Рон уже точно знал, что пойдет на праздник. Обязательно пойдет. Даже если ему придется пожалеть об этом.

Саманта, Лесли, Миа и Клайв веселились вовсю. Все игрушки в тире были уже выбиты, главным образом Клайвом и Самантой. Лесли никогда не отличался меткостью, а Миа давным-давно поклялась не брать в руки даже игрушечное оружие. Господи ты Боже мой, у всех есть какие-то страшные тайны, жуткие воспоминания, прошлая жизнь, а вот у Саманты Джонс — ничего интересного. Никаких воспоминаний вообще. Ладно, проехали.

Капля дождя упала ей прямо на нос. Саманта засмеялась.

— Эй, стрелки, сейчас нашу удачу дождем смоет! Миа, хочешь вон того Винни-Пуха?