Тоби сделал шаг к красавице, поклонился, посмотрел ей в лицо. У нее были замечательные глаза. Запоминающиеся. Огромные, широко расставленные, с черными и блестящими ресницами. Казалось, эти чудесные глаза занимали половину лица.

Через некоторое время, следуя танцевальным па, Тоби взял ее за руку и крепко пожал пальчики, обтянутые перчаткой. «Господи!..» — воскликнул он мысленно; ему вдруг показалось, что он еще никогда не испытывал такого возбуждения лишь потому, что брал даму за руку.

В следующую минуту Тоби уже кружил в танце Люси. С улыбкой взглянув на нее, он сказал:

— Прошу прощения, но я должен заранее извиниться за то, что вот-вот произойдет.

Глаза Люси вспыхнули.

— Тоби, нет! Прошу тебя, не устраивай сцен!

— Почему же? Я мог бы всем присутствую идам показать, каковы на самом деле отношения между Грейсоном и Софи. Все считают их идеальной парой, но я мог бы показать им всем, как в действительности обстоят дела.

— Тоби, не смей! — Люси впилась ему ногтем в руку. — Ведь я несколько месяцев готовилась к этому вечеру…

Танец разлучил их с Люси еще до того, как Тоби успел ей ответить. А затем леди в зеленых шелках улыбнулась, и Тоби вдруг почувствовал, что не смог бы произнести ни слова, даже если бы очень постарался. Ее улыбка была само совершенство, а полные чувственные губы, казалось, были созданы для поцелуев… Да-да, эти чудесные губы так и напрашивались на поцелуй.

В этой улыбке был только один недостаток — она предназначалась не ему, а ублюдку Грейсону. Тоби с трудом удержался, чтобы не сделать мерзавцу подножку в тот момент, когда он приближался, собираясь взять черноволосую красотку за руки. Идея с подножкой, возможно, и подкупала своей простотой, но Тоби решил, что отомстит более элегантно. И конечно же, никаких дуэлей, никаких обвинений на публике. Ведь в Библии сказано: «Око за око, зуб за зуб». А в данном случае — женщина за женщину.