Сочувствующий и понимающий взгляд старшей сестры продолжал все еще раздражать ее. Она считала, что замечательно скрывает мысли. Опустив голову, Климентина принялась разглаживать ладонью сложенную вчетверо салфетку. Потом снова вызывающе и ревниво взглянула на сестру.

– Думаешь, что видишь меня насквозь?! Выходи замуж за мистера Крейна-старшего! Плевать, что он не джентльмен! Рядом с тобой он обтешется. Приучишь его проводить свободное от службы время за игрой в гольф, в теннис, за чтением книг. Станете прогуливаться по окрестностям верхом!

Тон ее становился все более дружелюбным и мирным. Да и выражение глаз менялось. Напускная безмятежность сменялась искренним оживлением и заинтересованностью судьбой сестры. Она и в самом деле верила в то, что говорила.

– Ох, Климентина! – Летиция, похоже, не заметила примирительных ноток. – Понятно, что пришла твоя пора влюбляться в молодых людей! Дома, в Британии, возле Хартлпула ты чувствовала бы себя гораздо спокойнее! В нашем доме никогда не появлялись люди сомнительного происхождения! Да в те времена ты никогда не гнушалась дружбой с простыми порядочными людьми. Помнится, ты была привязана к Майклу Смиту, нашему молочному брату. Вам ведь было хорошо, когда вы носились по лесам и полям на пони! Кажется, вам нравилось выслеживать меня и Гарольда? – Климентина мгновенно стала пунцовой. Румянец покрыл шею и открытую часть груди. Летти сделала вид, что не замечает этого. – Только не вздумай сбежать с каким-нибудь клерком или банковским служащим, Климентина! Я совершенно не боюсь позора, лишь бы ты чувствовала себя комфортно! Отношения в обществе стремительно меняются, упрощаются. Но мама и отец не перенесут твоего сумасбродства! Они у нас, к сожалению, консерваторы, и с этим тебе придется смириться!

Летиция внезапно почувствовала, что ей стало легче дышать. Густая липкая испарина покрыла все тело, лицо и шею. Она глубоко вздохнула и расправила плечи. Напряжение в столовой внезапно разрядилось. Климентина вздохнула и рассмеялась: