Теперь же чердачная комната в квартале старых домов, обрамляющих маленький речной канал, с их кривыми навесами и поломанными ставнями, принадлежала ей одной, по крайней мере, до конца месяца, как было оплачено. Хозяйка осталась довольна и сразу же починила окна и замки, но Леда понимала, что утратит это доверие и расположение, если женщина узнает, что у нее нет больше работы.

Конечно, так долго продолжаться не может. Леде придется навестить знакомых дам на Южной улице. Если бы они дали ей рекомендацию, в которой отказала мадам Элиза, то Леда начала бы работать машинисткой, как хотела когда-то.

Девушка решила ходить пешком до тех пор, пока не определит точно свои финансовые возможности, вынув вечером из жестяной коробки счетную книжку. Не желая вернуться слишком рано, чтобы не вызвать подозрений в душе хозяйки, Леда заглянула в чайную для дам, выпила чай, съела сэндвич с огурцом. Потом взяла еще сдобную булочку, растягивая время и удовольствие как можно дольше, на все три пенса. Сегодня у нее не было уже плетеной корзины для платья, так что пришлось положить несъеденную булочку в сумку. Девушка пошла вдоль набережной и влилась в поток пешеходов, покрытых коврами фургонов и кэбов на Лондонском мосту, двигающихся в зловонные индустриальные районы к югу от реки.

Здесь она предпочла идти быстрее, но с трудом проталкивалась сквозь толпу и фургоны разносчиков. Было неловко идти никем не сопровождаемой, ей не хотелось, чтобы ее принимали за некую сомнительную леди. Но мисс Миртл говорила, что манеры и внешний вид женщины говорят сами за себя, поэтому Леда высоко подняла подбородок и старалась сохранять походку, полную достоинства, не замечая, чаще всего, скрюченные фигуры, стоящие возле затемненных дверей или у кофейных прилавков.