Когда прибыл доктор, Лили оделась и сидела на краю кровати. До приезда врача Поршия принесла ей горячий черный кофе и зачерствевшие пончики в хлебнице.

Джеймс нашел одежду Лили именно там, где она сказала, аккуратно развешенную на протянутой через кухню веревке. Ее туфли пропали, и Поршия любезно принесла ей пару резиновых шлепанцев из служебного шкафчика.

— Я купила их на благотворительной распродаже подержанных вещей и надеваю, когда поливаю террасу из шланга, — сказала она. — Или когда работаю в бабушкином саду, на ферме «Олд Кросс». Вы можете вернуть их, когда вам будет удобно. Если дверь будет заперта, просто оставьте их на боковом крыльце.

Лили отхлебнула кофе:

— Значит, вы присматриваете за музеем?

Поршия улыбнулась, сразу показавшись моложе своих двадцати двух лет:

— Я смотритель музея. У меня есть научная степень, полученная в университете, но на самом деле я занимаюсь всем понемножку: обновляю каталоги, вытираю пыль с безделушек, чищу ковры, составляю программы экскурсий и просто слежу за тем, чтобы все было в порядке и в хорошем состоянии.

— Это большая ответственность.

Девушка улыбнулась, и на ее щеках появились ямочки: — Можно сказать, что это семейная традиция. А вот и доктор! У него древний «Моррис-мини», и рев этой колымаги можно услышать еще на полпути из Сент-Данстена.

Вскоре врач поднялся по лестнице и вошел в Зеленую комнату. Доктор Лэндри был приятным мужчиной с густой седеющей шевелюрой и военными усиками. Лили позволила ему провести небольшой осмотр. Ситуация, в которую она попала, смущала ее.

— Часики стучат, легкие чистые, и вы вполне ориентируетесь во времени и месте, в котором находитесь, — заявил он. — Хотя, как я понимаю, со временем у вас недавно возникли проблемы.